— Вы меня раздеваете? — с дрожью в голосе вдруг очень громко спросил объект 57, отчего оба члена наблюдательной группы вздрогнули.

— Я вас раздеваю, — шепотом ответила женщина.

— Мне это не нравится.

— Но Роня, вы же не будете потом мыться в одежде? Это глупо.

— В одежде действительно глупо мыться. А вы…

— Я тоже буду мыться. С вами. Поэтому я тоже разденусь. Роня! Не отворачивайся, я хочу тебе кое-что показать. Видишь эту родинку?

— У меня тоже есть большая за ухом.

— Ну-ка… Да, красивая. А у меня под грудью маленькая и почему-то красная.

— Действительно, странная… Вы должны показать ее врачу.

— Ерунда. А вот эта, смотри, какая круглая и бархатная…

— А на этой у вас растет волосинка. У вас… глаза такие темные. Зрачка почти не видно.

— А у тебя ресницы длинные и желтые, как пестики у подсолнуха! — восторженно объявила женщина.

— Я умею вот так согнуть кисть, видите? Вы можете коснуться большим пальцем запястья?

Оба члена наблюдательной группы перевели дух и синхронно потянулись за сигаретами.

— Я могу достать ногами до затылка, это называется “коробочка”, — ответила женщина на предложение изогнуть кисть и спросила: — Сколько тебе лет?

— Тридцать один.

— Шесть часов тринадцать минут, — сообщил голос куратора.

— А мне сорок шесть лет, — зачем-то сказал пожилой член наблюдательной группы.

— А меня в девятнадцать изнасиловали две однокурсницы, — поддался цифровому безумию и молодой наблюдатель.

— Я знаю, зачем вас Костик ко мне пригласил, — тихо проговорил Роня. — Он не хотел, чтобы я умер девственником. Но это заблуждение!..

— Да-а-а? — ласково пропела женщина.

— Да. Я не собираюсь даже перед смертью нарушать целостность своей физиологической оболочки. Только сохранив неприкосновенность души и тела, я смогу беспристрастно оценить все возможности новых жизней, предоставленные мне космическим разумом.